Шарлиз Терон

Шарлиз Терон поделилась подробностями о трагическом событии в своей биографии: убийстве отца её матерью. 50-летняя актриса в интервью The New York Times вспомнила роковую ночь, когда произошёл инцидент, а также предшествующие и последующие события.

Инцидент с убийством отца Терон произошёл 21 июня 1991 года в городе Бенони, Южная Африка, где проживала семья, отец будущей актрисы, Чарльз, вернулся домой в состоянии сильного алкогольного опьянения и стал угрожать 15-летней Шарлиз и её матери, Герде. Он начал стрелять через дверь спальни, в которой они находились. Чтобы обеспечить безопасность себе и дочери, Герда Терон выстрелила в мужа.

“Отец был полноценным, дееспособным пьяницей”

У меня остались воспоминания о раннем детстве, когда я видела пьяных людей, лежащих на полу, и это вызывало у меня страх. Со временем это стало обычным делом. Мой отец оборудовал в доме просторный бар. Это не считалось чем-то необычным, ведь многие южноафриканцы устраивают в своих домах место для употребления алкоголя. Однако бар стал для него практически вторым домом. Он был вполне успешным и функциональным алкоголиком. Но случались периоды, когда он исчезал, и мы не знали его местонахождение, а возвращался он обычно в состоянии сильного опьянения, и дома начинались громкие перебранки. Моя мать не была пассивной наблюдательницей. Она выразила свое недовольство его образом жизни, и это приводило к многочисленным ссорам, сопровождавшимся оскорблениями. Но больше всего меня расстраивало то, что они переставали общаться друг с другом, и между ними могла наступить тишина на срок до трёх недель. У меня не было братьев и сестёр, и в доме царила гнетущая тишина.

Нам встречались обаятельные любители выпить, постоянно ищущие компанию для вечеринок, и общество, которое это поощряло – это было неотъемлемой частью жизни в Южной Африке. Мужчины употребляли алкоголь. Я помню, как мой маленький племянник, отвечая на вопрос о своих планах на будущее, говорил: “Я буду пить”. В те времена считалось, что так и проявляется мужественность.

“Он не применял физическое насилие, однако совершал другие, не менее ужасные поступки”

Он внушал страх. Он не прибегал к физическому насилию, не бросал меня, но совершал поступки, такие как вождение в состоянии алкогольного опьянения. Постоянно звучали оскорбления и угрозы, которые со временем стали привычными. Примерно в двенадцать или тринадцать лет я впервые услышала от мамы слово “развод”. Мы не знали семей, переживших развод. Родители не были религиозными, но в нашей культуре это считалось неприемлемым поступком. Они были женаты четверть века. Поэтому, когда она сказала: “Я думаю, что для нас лучшее решение – это расставание”, я испугалась, потому что не представляла, как всё будет выглядеть. Я почти умоляла её остаться, так как альтернатива казалась мне немыслимой. Однако, я полагаю, она всё осознавала и искала способы вывезти меня из дома. Она отправила меня в школу-интернат, чтобы я покинула дом. Она прекрасно знала, что произойдёт, если это случится.

“Он был в таком состоянии, что просто сорвался”

Мне было пятнадцать лет. Как-то раз я пошла в кино с мамой, а отец взял ключ от входной двери, из-за чего мы не смогли открыть замок по возвращении. Однако мы всегда знали, где его искать. Его брат жил в нескольких кварталах от нашего дома, и когда отца не было, он обычно находился там, употребляя алкоголь. Это было вполне обыденно. Мы отправились к нему, и они были заметно изрядно пьяны. Мне же остро захотелось в туалет, поэтому я побежала в дом, чтобы воспользоваться уборной. Он расценил это как проявление неуважения, поскольку я не остановилась и не поздоровалась со всеми. В Южной Африке крайне важно проявлять уважение к старшим. В тот момент он был настолько нетрезв, что просто взорвался: “Почему ты не остановилась? Кем ты себя возомнила?”.

“Я знала, что произойдёт что-то плохое”

Мы ушли, но сразу стало заметно, что что-то изменилось. Вернувшись домой, я поделилась с мамой: “По-моему, ты права. Я думаю, тебе стоит с ним расстаться”. Я не ожидала, что эти слова прозвучат из моего рта. Когда мы покидали дом, я чувствовала, что что-то неладно. Она тоже это ощущала. Я понимала, что он рассержен на меня. Поэтому я попросила её: “Когда он, наконец, вернётся, пожалуйста, скажи ему, что я сплю”. Я вошла в свою комнату, погасила свет, и меня охватил страх. Моё окно выходило на подъездную дорожку, и я могла судить о его гневе, разочаровании или недовольстве по тому, как он подъезжал. То, как он въехал на территорию нашего дома в ту ночь, – я не могу это описать словами. Я просто предчувствовала, что случится что-то плохое.

“Мама пошла за ним и выстрелила”

Перейдём к сути: он, наконец, ворвался в дом. Выстрелив сквозь стальные двери, он вошёл, продемонстрировав намерение нас убить. С ним был и его брат. Мы осознавали серьёзность ситуации, поэтому, когда он взломал первую дверь, моя мать направилась к сейфу за пистолетом. Мы укрылись в спальне и вместе прикрывали дверь, так как на ней отсутствовал замок. А он просто отступил назад и начал вести огонь сквозь дверь. И самое невероятное: ни одна пуля не задела нас. Это кажется невозможным, если задуматься. Но послание было предельно ясным: “Я убью вас сегодня ночью. Вы думаете, я не смогу проникнуть через эту дверь? Я воспользуюсь дробовиком”. Его брат подбадривал его. Отец направился к сейфу, и моя мать открыла дверь, пока его брат всё ещё находился там. Брат бросился по коридору, и она произвела один выстрел. Пуля отрикошетила семь раз и попала ему в руку. Это кажется необъяснимым. А затем она последовала за моим отцом, который к тому времени открывал сейф, чтобы извлечь оружие, и произвела выстрел в него.

“Мать желала, чтобы я стерла это из памяти”

Затем мама немедленно приступила к действиям. На следующее утро она отвела меня в школу. Она коротко сказала: “Нам нужно идти вперед”. Это, возможно, и не идеальный выход, но он был нам нужен. Ей хотелось, чтобы я отпустила это, не сосредотачивалась на прошлом. Поскольку психотерапевтической помощи не было, она считала, что лучший способ справиться с ситуацией – это двигаться дальше”.

Это наивысшая степень самопожертвования, свойственная матери. Событие, которое случилось, несомненно, повлияло на наши отношения. Мы всегда были очень близки и ощущали себя единой командой. Однако, та ночь стала переломной, и, оглядываясь назад, когда я пришла в себя после пережитого шока, я осознала, что она спасла мне жизнь.

“Говорила, что он погиб в автокатастрофе”

Я подавляла свои эмоции. Мне было неловко, поскольку все были в курсе ситуации, и ко мне стали относиться иначе. Один раз я прибегла к физической агрессии, когда на меня нападала девушка, которая издевалась надо мной. Она распространяла слухи о том, как видела моего отца в состоянии алкогольного опьянения. Это причиняло мне сильную боль, ведь он появлялся на школьных мероприятиях в нетрезвом виде, и это было крайне неприятно. Я постоянно чувствовала необходимость оправдывать его, придумывать какие-то объяснения, чтобы смягчить ситуацию. Я также старалась замолчать этот вопрос, потому что не выносила сочувствия. Мне это претило. Мне кажется, хуже всего было опасение, что теперь люди будут жалеть меня всю оставшуюся жизнь. Поэтому первое время [после переезда из ЮАР] я рассказывала о том, что он погиб в автокатастрофе, поскольку просто не хотела, чтобы мне жалели. Мне было крайне неловко.

“Такое распространено во многих семьях”

К сожалению, это происходит не впервые. Подобные ситуации нередки во многих семьях. Женщины нередко сталкиваются с крайне неравным отношением, даже в нашей стране (в США. — Прим. ред.). Их положение никто не считает серьёзным. И я не полагаю, что когда-либо относились серьёзно к моей матери.

Я считаю, что важно обсуждать эти вопросы, поскольку это позволяет другим людям понять, что они не одиноки. До того, как мы столкнулись с подобной ситуацией, я не знала подобных историй и полагала, что переживаем это только мы. Однако теперь эти воспоминания больше не тяготят меня.

Правоохранительные органы квалифицировали гибель отца Терона как случайную смерть, произошедшую в результате самообороны, поэтому в отношении его матери, Герды, возбуждать уголовное дело не стали.

“Я знала, как позаботиться о себе”

Это (в возрасте шестнадцати лет Терон переехала в Италию для развития карьеры модели. — Прим. ред.) было потрясающе, потому что это был побег от реальности. Единственное, что было для меня тяжело, — это расставание с мамой. Но именно она сказала: “Иди и настрой свою жизнь сама. Здесь тебе сейчас нечего делать”.

Я была полностью подготовлена. Я умела обеспечивать себя, и это умение передала мне моя мать, стало частью моего образа жизни и культуры. Я обладала навыками приготовления пищи и шитья. Я знала больше, чем когда-либо узнают мои дети, когда вырастут, о том, как заботиться о себе. Поэтому я была уверена в своей способности выжить. У меня также была веская причина для этого – я была настроена справляться самостоятельно и не допустить поражения, ведь я не желала возвращаться к прежней жизни.

“Люди думают, что я крутая девчонка”

В общественном мнении я представляюсь крутой девушкой. Часто меня воспринимают как холодного человека, что связано с моей уверенностью. Порой я могу проявить некоторую прямоту. Однако реальность совсем иная. Мои дети чувствуют неловкость из-за моей склонности к слезам по любому поводу. Я полагаю, именно это помогает мне успешно играть роли, поскольку мне свойственно легко погружаться в определенные эмоциональные состояния. Иногда я действительно сильно переживаю.

Шарлиз Терон появилась на свет в Южно-Африканской Республике. В её родословной сочетаются немецкие корни по материнской линии и французские и голландские – по отцовской. Дни её детства проходили на ферме, принадлежащей родителям. В шестнадцать лет она покинула родные края и перебралась в Европу, а затем – в Соединённые Штаты. Мировую славу актрисе принесла мистическая триллерная картина “Адвокат дьявола” (1997), где её коллегой по съёмочной площадке стал Киану Ривз. Шарлиз Терон – обладательница престижной кинопремии “Оскар” за главную роль в фильме “Монстр” (2004 год), а также с премией “Золотой глобус” и наградой Гильдии киноактёров США. У неё были отношения с музыкантом Стивеном Дженкинсом и актёром Стюартом Таунсендом. В декабре 2014 года она объявила о помолвке с актёром Шоном Пенном спустя год отношений, однако в июне 2015 года они расстались. Является матерью двоих приёмных детей.