Для артиста балета гастроли – наиболее увлекательный период. Именно это обстоятельство когда-то и определило мой выбор стать профессиональным танцовщиком. Путешествия по всему миру с возможностью получать за это вознаграждение – это бесценный опыт.
Для артиста балета гастроли – наиболее увлекательный период. Именно они когда-то определили мой выбор стать профессиональным танцовщиком. Возможность путешествовать по миру, и при этом получать за это вознаграждение.
Я хорошо помню, как моя первая учительница, балерина театра имени Станиславского и Немировича-Данченко, демонстрировала фотографии из своей творческой молодости. Среди снимков, запечатлевших различных нимф, лебедей, пачек и трико, были фотографии с гастролей, где вся труппа дружно позировала на каком-то празднике среди японцев в кимоно. Все выглядели довольными, нарядными и веселыми. Этот момент очень мне понравился, и я твердо решила: балет – мой способ обрести счастливые путешествия и радостные праздники. Тем более, на тот момент дальше крымского побережья я с родителями никуда не выезжала, не летала на самолете и, в общем, не имела опыта заграничных поездок. А хотелось очень. И вот мои первые гастроли. Чемодан был полон вещей. Ведь ехали на полгода! Сначала Англия, затем Польша и Литва. Отправлялись осенью и возвращались весной. Необходимо было брать с собой зимнюю одежду, запас пуант в количестве 5-6 пар и, разумеется, продукты!
Зачем еда? Ведь нам оплачивали выступления! Оплачивали, да не сразу, а спустя примерно неделю. Собственных средств практически не было, и даже если бы они и были, посещение магазина не всегда было возможно. Прежде всего, нас размещали на окраине города, и до ближайших магазинов было очень далеко. А если и находился магазин неподалеку, то к тому времени, как мы возвращались после спектакля, все они уже были закрыты. Поэтому на первое время мы брали еду с собой из Москвы. Некоторые опытные артисты даже возили с собой одноконфорочные плитки и прятали их в номерах отелей, тщательно затыкая все щели полотенцами, чтобы запах пищи не доходил до администрации! Иногда из-за голодных артистов срабатывала система пожарной сигнализации. Вместо эвакуации, как предписывалось инструкцией, провинившиеся артисты запирались в номерах и поспешно пытались скрыть следы пригоревшей пищи, чтобы избежать штрафа. А сумма штрафа могла равняться месячному заработку.
Рацион гастролирующей балерины состоял из спасительных «Дошираков» (поначалу они были единственным источником горячей пищи), палки колбасы, плавленного сыра, хлебцев (не из-за стремления к диете, а потому что они долго сохраняли свежесть, в отличие от обычного хлеба) и, разумеется, шоколада! Без него было невозможно пережить гастрольный тур. Если бы не эндорфин, даримый шоколадом, настроение было бы откровенно испорчено, ведь гастроли – это не только замечательно, но и, при определенном распорядке, чрезвычайно непросто. Особенно поначалу. Часто у нас случались «двойные» спектакли (два выступления в день) на протяжении нескольких недель, причем работали все одним составом. Менялись только ведущие солисты, но и они все равно выходили на сцену в разных ролях. Заработок был важен для всех. В связи с отсутствием оплачиваемых больничных, все отчаянно старались не заболеть. Где-то в середине гастролей от перегрузок у меня начала болеть нога, настолько сильно, что я не могла на нее опираться. Я долго терпела и работала, несмотря на боль, и дошло до того, что мой образ лебедя начинал заметно «подволакивать» «лапу». Однако замены не было. Приходилось страдать до конца гастролей и принимать обезболивающее.
Возможность спокойно прогуляться по центру Лондона или насладиться Варшавой, о которой я мечтал, сбывалась лишь фрагментарно. Мы изматывающе спешили на прогулки между спектаклями, если не было репетиций. Репетиции практически не прекращались – нас не щадили. Помню, одну только сцену мы репетировали более 12 раз. Педагог была недовольна, когда кто-то сбивался с синхронности, и заставляла нас повторять снова и снова. Опытные артисты кричали и угрожали новичкам, что приводило их в еще большее волнение. Мы очень уставали, наши ноги были сильно уставшими, а впереди еще ждал сам спектакль, с которого нельзя было просто так уйти. Однако, все эти трудности стоили того, когда зарубежная пресса отмечала, что наш кордебалет – самый «чистый» в мире!
Для тех, кто стремился к новым впечатлениям от экскурсий, мы всякий раз, как только появлялась возможность, отправлялись в город на прогулку. Иногда всего за час нам удавалось обойти все значимые места и даже потеряться. Я вспоминаю, как однажды, заблудившись в запутанной сети улиц одного города, моя подруга и я никак не могли найти дорогу к театру и обращались за помощью к прохожим. Проблема заключалась в том, что мы не знали ни названия театра, ни улицы, где он расположен. Частые переезды не помогали запоминать такую информацию. Никто не мог нам подсказать. До начала спектакля оставалось всего 30 минут – критический срок. К счастью, требовать смывки грима не пришлось – мы продолжали прогулку с накладными ресницами и раскрашенными лицами. Возможно, именно поэтому никто не мог нам помочь, принимая нас за посетителей какого-то другого места. Нам помогли наши зрители – семья уважаемых англичан направлялась в театр на наш спектакль. Они проводили нас до гримерной комнаты. До сих пор им признательна, иначе нас ждал бы серьезный скандал из-за опоздания. В лучшем случае нас бы оштрафовали, в худшем – отправили домой.
После завершения спектаклей нас погружали в автобус и транспортировали в другой город. Продолжительность переездов варьировалась: от двух часов до целой ночи. Мы спали, сидя на сиденьях. В проходах, вытягиваясь во весь рост, стояли VIP-артисты, которым удавалось выспаться лучше. По прибытии в новый город следовало заселение. Хотелось бы принять душ и поспать на кровати, но вместо этого снова автобус и в театр. К концу дня измотанные артисты, наконец, достигали своих номеров. Однако это было не для отдыха и сна, а чтобы продолжить танцы, собравшись в чьей-нибудь комнате, но уже под другую музыку и освежая себя не водой, а более крепким напитком. Праздновали очередную премьеру! В конце концов, артистам тоже нужен отдых!