Я никогда особо не придавала значения личным предпочтениям других людей в вопросах романтических отношений. Для меня всегда было несущественно, с кем проживает человек и разделяет постель – будь то представительница противоположного пола или однополец. Важно лишь добровольное согласие всех сторон. Так я думала до того момента, как однажды, возвращаясь из кинотеатра вместе с младшей сестрой после просмотра фильма о Гарри Поттере, она неожиданно и задумчиво произнесла: “Не знаю, с кем лучше впервые познакомиться…”,

Я всегда проявляла терпимость к людям с нетрадиционной сексуальной ориентацией. Более корректно будет сказать, что мне всегда было безразлично, с кем живет человек, и особенно с кем он разделяет постель
– с человеком любого пола, при условии взаимного согласия.

Так мне казалось до тех пор, пока возвращаясь с
младшей сестройс просмотра фильма про Гарри Поттера, эта 16-летняя барышня вдруг с задумчивым видом не выдала: “Не знаю с кем лучше девственность терять, с девчонкой или парнем?” Вопрос ввел меня в полный ступор, более того, я вдруг отчетливо поняла, что все равно с кем спят мои друзья, но с кем будет спать МОЯ сестра, с мальчиком или девочкой, мне далеко не безразлично.

Я – лишь один из представителей нашего общества, которое демонстрирует неоднозначное отношение к так называемым однополым семьям. Современные изменения порождают трансформации социальных институтов, прежде всего – института семьи. Помимо традиционных форм, существуют и альтернативные модели, которые развиваются параллельно семейных отношений. В принципе, мы, современные и образованные люди, обычно не выступаем против и даже поддерживаем стремление общества к большей свободе и толерантности. Однако, это происходит до тех пор, пока подобные семьи не окажутся нашими непосредственными соседями или не станут частью жизни наших родных.

Я могу привести пример счастливой семейной пары. Они проживают вместе уже пять лет, владеют совместной недвижимостью и воспитывают очаровательных двойняшек – мальчика и девочку. Единственное отличие от традиционной семьи заключается в том, что роль отца выполняет энергичная и целеустремленная девушка по имени Лена. На вопрос о местоположении их отца трехлетние дети отвечают дружным хором: «У нас две мамы». Когда Оля – женщина, исполняющая функцию жены – пять лет назад оставила своего супруга ради Лены, ее родственники отвернулись от нее. Лишь рождение детей посредством искусственного оплодотворения позволило родителям хоть как-то смириться с их, по их словам, “непутевой”
дочки. Но ни рождение детей, ни совместное проживание в одной квартире, ни пять лет совместной жизни не смогли убедить их, что однополая семья – осознанный выбор их дочери. В глубине души они по-прежнему тайно надеются, что она изменит свои взгляды.

Социологи отмечают, что отступления от традиционной моногамии перестали быть однозначными отклонениями от общепринятых норм и, скорее, свидетельствуют о значительных и необратимых изменениях в самом понятии института семьи. В российском обществе в настоящее время увеличивается число однополых семей – это констатация факта, которую приходится признавать даже тем, кто выступает против однополых отношений. Вместе с тем, в обществе существует дефицит информации, отсутствие объективных и проверенных данных об однополых семьях. Попытки найти статистику о количестве однополых союзов в России не принесли результатов, вероятно, из-за того, что сбор подобной информации затруднен вследствие скрытности и замалчивания, вызванных опасениями дискриминации. Однако, предполагается, что женские пары формируются чаще, чем мужские, что может быть связано с тем, что проживание двух женщин вместе вызывает меньше вопросов.

В ряде стран вопрос о законности однополых браков давно утратил свою остроту. Первый такой союз, положивший начало переменам в сфере взаимоотношений, был оформлен 1 октября 1989 года в Дании. Эйгил и Аксель боролись за официальное признание их семьи на протяжении почти полувека. Для решения этого вопроса даже проводился опрос общественного мнения, который показал поддержку однополых браков примерно у 60% датчан. Вскоре после этого был принят закон, предоставивший гомосексуальным супругам те же права, что и обычным семьям.

В Декларации Европейского Парламента за 1998 год говорится о том, что парламент не одобрит вступление любой страны в ЕС, если её законы или политика нарушают права лесбиянок и геев. Законодательство европейских стран становится всё более лояльным к однополым семьям с каждым годом. Поддержка семейных ценностей европейским обществом всегда была направлена на создание условий, где все члены
семьи, особенно дети и подростки, могли бы развивать свой потенциал в атмосфере заботы, любви и счастья, независимо от того, воспитывают их в традиционной или нетрадиционной семье. На сегодняшний день 12 государств признали право людей с иной сексуальной ориентацией на создание семьи, официально зарегистрировано более 150 тысяч однополых браков. Наибольшее количество было оформлено в 2004 году. Вот перечень стран, где геи и лесбиянки имеют возможность заключать официальные союзы (партнерства): Дания, Норвегия, Нидерланды, Германия, Бельгия, Финляндия,
Швеция, Канада, Великобритания, Швейцария,
ЮАР, Испания. В Соединенных Штатах союзы между людьми одного пола разрешены лишь в отдельных штатах. О
готовности узаконить однополые отношения заявили и другие государства
– Польша, Румыния и Камбоджа. Ватикан остается последним бастионом сопротивления признанию таких отношений
в Европе. В католичестве, как и в православии, гомосексуальная
связь считается греховной.

Тем не менее, важно отметить, что разрешение на заключение однополого союза
во многих странах не подразумевает (!!!) возможность усыновления детей, а порой прямо её исключает.
В Великобритании недавно велись активные дискуссии относительно того, имеют ли
гомосексуальные пары право удочерить ребенка и как это может повлиять на воспитание
в подобных семьях на их сексуальную ориентацию.

Согласно результатам исследования, проведенного в Соединенных Штатах, подростки, воспитанные лесбиянками, не проявляют никаких отклонений в развитии по сравнению с детьми, выросшими в традиционных семьях. Об этом сообщает журнал New Scientist. Масштабное исследование здоровья молодежи осуществлялось с 1995 года. В нем приняли участие 12 тысяч подростков. Среди участников опроса было 44 подростка, которые воспитывались лесбиянками. Лишь 6 подростков сообщили о том, что живут в семье геев, поэтому однополые мужские семьи были исключены из исследования из-за недостаточного объема информации. Каждого подростка сопоставляли со сверстником из семьи, состоящей в гетеросексуальном браке, того же возраста,
полом, этнической принадлежностью, статусом приемного ребенка и уровнем дохода в семье. Ученые не выявили никаких различий между этими группами по таким показателям, как подверженность депрессии, тревожность,
уровень самооценки и успеваемость в школе. Одинаковое количество подростков (34%) в обеих категориях признались в том, что имели сексуальный опыт. Социологи прогнозируют, что со временем все государства придут к модели, принятой в скандинавских странах, когда однополые семьи получат полный юридический статус и равные права с традиционными семьями, включая право на усыновление детей. Означает ли это, что Россия, известная своими патриархальными ценностями, также признает права своих граждан на заключение однополых браков?

В знакомой нам с самого начала истории семейной паре с двумя детьми довелось прогуляться по территории Архангельского поместья. Яркие лучи солнца подсветили их радостные лица, однако меня все равно не покидают терзающие мысли. Как справятся дети со школой и сумеют ли они найти общий язык в
детском коллективе, который не идет на компромиссы и порой предстает как более суровое отражение современной взрослой действительности? Сумеют ли родители вырастить этих детей таким образом, чтобы они также имели право выбора, в том числе возможность выбора гетеросексуальной ориентации? И, наконец, придет ли наше общество к тому, когда возможность заключения однополых браков не будет сдерживаться ни законодательством, ни предвзятым отношением окружающих?