В доме появилась женщина, вместе с ней – цветы и декоративные вазы. Курить на кухне я перестал, поскольку азалия, страдая от табачного дыма, опускала листья и лепестки. Чтобы увидеть свое лицо во время утреннего бритья, мне приходилось отодвигать в сторону бутыли и флаконы, которые заняли некогда свободное место перед зеркалом. Вот тут-то неожиданности и начались.
Я завел себе женщину.
Сначала она посещала меня. Потом приходила без приглашения. Затем иногда задерживалась и оставалась на ночь.
А потом и вовсе не ушла. Осталась.
В доме появилась женщина, вместе с ней – цветы и вазы. Курить на кухне я больше не мог, поскольку азалия, страдая от табачного дыма, опускала листья и лепестки. Чтобы увидеть себя во время утреннего бритья, мне приходилось отодвигать в сторону бутыли и флаконы, которые заняли некогда свободное место перед зеркалом. Вот тут-то и начались сюрпризы.
Неожиданность первая
Она отвергала использование презервативов. «Между нами нет никаких чувств», — говорила она. Она опасалась гормональных таблеток. «Ты серьезно? Это же гормональные препараты!». Оставался древний, библейский метод, но об ответственности за него должен был заботиться я. Я прилагал усилия, но ей всегда не хватало всего пятнадцати секунд.
Вторая неожиданность
возникала регулярно примерно раз в неделю. Я никогда не мог быть уверен, кто встретит меня в дверях: блондинка, шатенка, рыжая или красная. За неделю я с трудом привыкал к новой масти (чего не сделаешь ради любимой), но именно тогда моя милая решала, что и этот цвет ей не к лицу. Какого цвета она была раньше, когда только приходила в гости, я уже не помню.
Неожиданность третья
Она не видела смысла наличия плиты в доме. И что в этом смысла? Для ее утреннего завтрака вполне достаточно электрочайника. Сбросив три килограмма, я приобрел ей кулинарную книгу, однако она запуталась на фразе «изжарить курицу до полуготовности», так как никак не могла понять, когда же наступит эта половина. Курица сгорела. Я съел на ужин три листика салата с обезжиренным кефиром и на следующий день в «Детском мире» приобрел «Мою первую поваренную книгу» для девочек младшего школьного возраста. Вечером на ужин было предложено картофельное пюре. С комками. Тогда я с надеждой открыл холодильник, надеясь найти что-нибудь вкусное, сохранившееся со времен холостяцкой жизни. По выражению лица моей любимой стало ясно, что она готова отругать меня. Ради сохранения семейного мира пришлось ложиться спать голодным. Я стал мечтать о том, чтобы на прилавках магазинов появились пакеты с надписью: «Еда мужская. 10 кг». Купил – и на пару дней сыт…
Неожиданность четвертая
О стирке она задумывалась лишь в тот момент, когда я по утрам, перед значимой встречей, понимал, что все мои рубашки уже находятся в корзине для грязного белья. Из-за этого мне приходилось скрывать испачканный воротник под свитером с высоким воротом, что вызывало недовольство моего руководителя. Покупка стиральной машины-автомата не помогла. Приходилось вести учёт носков и рубашек, а также сообщать о необходимости пополнения их запасов. Так появилась женщина…
Неожиданность пятая
Даже незначительный насморк приводил ее к постельному режиму как минимум на неделю. Любое случайное прикосновение вызывало синяк, который держался две недели. Растяжение связок стопы вынуждало ее просить подвезти до подъезда. Регулярные ежемесячные недомогания растягивались во времени и пространстве: первую неделю болела поясница, затем грудь, потом голова, и, наконец, нижняя часть живота. Книги по ароматерапии и народной медицине покупались в большом количестве, уступая по популярности только литературе по астрологии. Ее стоматолог приобрел автомобиль «Пассат» вместо старой «девятки», а гинеколог планировала рождение второго ребенка.
Неожиданность шестая
Она умела и любила беседовать. Мое присутствие в этом разговоре не было необходимо. Достаточно было произнести формальное «Доброе утро, дорогая», и я мог спокойно заниматься своими делами весь день. А если мне не получалось вечером сказать «Приходи ко мне», то и на ночь я оставался в стороне.
Неожиданность седьмая
Ей не хватало звучания собственного голоса. На кухне звучало радио «Максимум», в комнате работал телевизор, а в спальне – магнитофон. Все это создавало звуковой фон для двухчасового телефонного разговора с подругой, в течение которого мое счастье перемещалось по квартире с радиотелефоном в руках. И было крайне нежелательно менять канал! Оказывалось, именно эту рекламу «Тампакса» разработал муж ее подруги, работавший в рекламном агентстве, и поэтому она должна была еще раз ее посмотреть, чтобы высказать свое мнение. И в целом она поглощала телевидение целиком. Попытка сменить программу, даже на время рекламного блока, провоцировала у нее головокружение и мигрень, длящуюся не менее трех дней.
Неожиданность восьмая
Моя вторая половина распространялась по квартире с невероятной скоростью. Заполнялись любыми свободными поверхностями, находящимися на уровне глаз и выше, статуэтками и подсвечниками, столы и подоконники украшались вазочками и салфетками. Мои книги в панике переместились в самые дальние углы. Любой стул и кресло завешивались халатами и колготками. Мне удавалось лишь в единственном кресле перед телевизором расположиться так, чтобы не спровоцировать крик «Помнёшь! Я только погладила!». И это было возможно лишь благодаря моему ревностному отношению к нему. А стул на кухне пришлось заменить табуреткой, чтобы на спинке ничего не висело. На нее можно было спокойно сесть, согнав кота, которого она подобрала на улице на третий день нашей совместной жизни.
Неожиданность девятая
Она строго придерживалась ленинских принципов: «Социализм – это учет». Даже после окончания социалистической эпохи учет и контроль оставались неизменными. Почему вы опоздали с работы на восемь минут? Кто вам сейчас звонил? Кому вы сейчас звонили? Куда пропали те пятьдесят рублей, которые я вам дала на обед два дня назад? А что вы ели на первое блюдо? А вчера вы упоминали рассольник… Где вы принимали пищу?
Неожиданность десятая
Она могла проводить часы, лежа в ванной. Пустой холодильник и заржавевший от бездействия пылесос не привлекали её внимания. Компания «Проктер и Гэмбл» исключила нас из числа возможных покупателей «Кометы». Однако по расходу пены, гелей, шампуней, кондиционеров, бальзамов, кремов и косметических сливок наша квартира с появлением моей жены без труда превзошла по показателям небольшое европейское государство, например, Словению.
Неожиданность одиннадцатая
Она регулярно брала у меня бритвенные станки. Да, она также сбривала волосы, причем в неожиданных местах. Процесс занимал у нее не десять минут, как у меня по утрам, а целых два часа, требовал два станка и пузырек специального крема, на который всегда находились средства. После каждого сеанса волосы быстро отрастали и вызывали неприятные ощущения.
Неожиданность двенадцатая
В ее памяти функционировало специальное устройство, которое ассоциировало каждый день календаря с каким-либо, как ей казалось, важным событием. Когда появлялась женщина, запоминать день ангела шурина ее школьной подруги, проживавшего с ними во дворе, я не мог. К счастью, не менялся собственный день рождения. Однако, в отличие от года, я постоянно оказывался в неловком положении.
Неожиданность тринадцатая
Она не предпринимала никаких усилий для составления нашего бюджета. Ежемесячно она просто собирала все доступные средства и распоряжалась ими по своему желанию. Мы проводили две недели, посещая магазины, предлагающие косметику и трикотаж, а остальные две недели наш рацион ограничивался картофельным пюре.
Неожиданность четырнадцатая
Спустя восемь часов после моего признания в любви наступала потеря памяти, еще через восемь – подавленное состояние, а еще через восемь – приступ рыданий. Чтобы поддерживать хоть какое-то улучшение, мне приходилось ежедневно напоминать ей об этом. Только в этом случае наступала непродолжительная и шаткая стабилизация.
Неожиданность пятнадцатая
В школе она не получила необходимых знаний в области математики. Фраза «приду в два» могла обозначать промежуток времени от полутора до четырех часов дня. Сумма в тысячу рублей без труда превращалась в полторы, а одно пирожное воспринималось как минимум в трех экземплярах.
Неожиданность шестнадцатая
Ей также не открыли секрет всех слов. Она именовала плоскогубцы щипчиками, вантуз – «этой штукой», путала понятия «право» и «лево», а ее попытка объяснить по телефону о поломке телевизора спровоцировала у сотрудницы ателье легкий сердечный приступ.
Неожиданность последняя
Обычно мы успешно находили общий язык. Этот парадокс мне не поддается объяснению.
